Телохранитель для мессии (Трилогия) - Страница 216

216

– Божественная Кровь, знаете ли. – Любимая присказка Дэрриша пришлась как нельзя более к месту. – У мужа.

Вампир крепко задумался, дав мне наконец возможность хорошенько поразмыслить и определиться с выбором.

Прохладная кожа лба под моими влажными пальцами. Косая черта, наклонившись вправо, оборвалась крючком. Ее пересекли волнистая линия в паре с прямой. Знак засиял розовым, становясь влажно–выпуклым. Недолго померцал, после чего впитался в кожу.

Кирина открыла глаза и заговорщицки мне подмигнула. Взгляд был полностью осмысленным, будто бы и не случалось никакого беспамятства. Руна ясности рассудка мне определенно удалась. Ближайшие сутки магического принуждения и затуманивания разума неранке можно было не опасаться.

Потирая затылок, девушка села и с беспокойством оглянулась на Эону, потом вопросительно посмотрела на меня. Я колебалась: предстояла заварушка, и пара вооруженных рук нам определенно не помешала бы, но это же наша паникерша…

– Рель, она нам нужна, – твердо сказала Кирина, косясь на радушно улыбающегося вампира и подтягивая поближе к себе лук и колчан со стрелами. – Эона – не ребенок. Она – женщина. Будущая воительница. И она моя… утана.

Последнее слово мне уже где–то приходилось слышать.

– Утана?

Ответ на мой вопрос пришел, откуда не ждали.

– Позвольте блеснуть скромными познаниями, дорогие дамы? – Не дождавшись разрешения, вампир продолжил: – Со старотеленского это переводится как «та, что дополняет». Впрочем, некоторые источники склоняются к варианту «делающая сильнее», то есть «усиливающая». Все верно?

– Тай'ека! – сплюнула неранка.

– А вот это со старотеленского разрешите не переводить, – ухмыльнулся Риккс. – Дабы не оскорблять слух юных дев.

Я вопросительно взглянула на Кирину. Та посмотрела на меня с выражением, которое прибавило ей лет десять, а то и пятнадцать.

Во второй раз руна у меня получилась быстрее и аккуратнее.

– Привет, – улыбнулась я распахнутому взгляду Эоны. – Нам нужна твоя помощь. Ты как?

Она подняла тяжелую голову с моих коленей.

– Затылок ноет. А где… вам… пир? – Светловолосая икнула, наткнувшись взором на искомую фигуру.

– Не беспокойтесь, ренесса, я все еще здесь. – Паулус не без изящества поклонился, не оставляя попыток подчинить нашу волю. Признав их безрезультатность, он вздохнул и отступился.

– Потерпи, скоро слабость должна пройти. – Кирина крепко сжала Эону за руку и помогла девушке сесть.

Мы сдвинули головы.

– Сестры, сейчас все решаю я. Никаких бессмысленных метаний, встревания в чужой разговор и пафосных заявлений. Это всем понятно? – Я внимательно посмотрела на Эону. – Вампиры, тем более высшие, не наивные степняки. Умрете раньше, чем заметите. Или даже хуже, чем умрете…

– Ну зачем же так стращать подруг, дорогая невеста? – прервал наш импровизированный совет вампир. – У посмертия есть целый ряд преимуществ. Осмелюсь предположить, что вы вскоре все их оцените по достоинству.

– По–моему, встревать в чужой разговор – невежливо. А кое–кто еще указывал мне на отсутствие манер! – Я поднялась на ноги и, как бы между прочим, прошлась вокруг костра. Паулус напряженно наблюдал за моими передвижениями.

Подруги переглянулись.

– Невеста? – переспросила Кирина. – Ты ж вроде как уже была под обрядом?

Три шага на север, три – на восток. Поворот вокруг своей оси. Сила щедро расходовалась мной – сейчас не время экономить. Сюда бы еще водицы, освященной в храме на праздник Воскрешения Пепелса Целомудренного Великомученика…

Самое пекло. Ранель свешивается головой вниз с деревянной перекладины, зацепившись за нее ногами. Кончик рыжей косы подметает мощеный двор. Вокруг толпится с десяток алоний.

– Чисто упырица на погосте, – хихикает Кенара. – Ой, как сейчас загрызет!

– Бу! – вяло оскаливает зубы сальгрийка, мешком сползая с турника. – Воды мне. Не обязательно даже святой. Чья сейчас очередь?

Валента, мучившая Тилу поединком на другом конце площадки, гаркает:

– Сеш, живо на перекладину! Двадцать на прямых с утяжелителями!

Всегда такая исполнительная девушка мешкает. Застыв истуканом, она невидяще смотрит куда–то вдаль.

– Сеш, ты чего, – толкнула ее Голла. – Твой черед.

Наша самая набожная алония вздрагивает, отводя зачарованный взгляд от перекладины.

– Мой черед, – изменившимся голосом повторяет Сеш, делает шаг вперед и падает без чувств – ее только–только успевают подхватить.

Минутная заминка, после чего девушку уносят, и тренировка продолжается как ни в чем не бывало.

Одна я в недоумении.

– Чего это с ней? – спрашиваю, как обычно, Лэнар. – Перегрелась?

Подруга в курсе. Как обычно, впрочем.

– Сеш у нас из Порреоны. Единственная, кто выжил в Беразской резне.

– И?..

– Разве не слыхала про такую? Странно… Порреона к вам вроде бы ближе, а Бераз так и вовсе где–то на границе с Иданом? Нет? – Мое мотание головой подвигло подругу на дальнейший рассказ. – Кровавое дельце было. Вампиры в поселении кого не выпили, перегрызли потехи ради. Нашей Сеш тогда лет пять было, спаслась в храмовой купели. Сильная воля у девчонки оказалась, не смогли выманить. Все остальные сами вышли из Храма. С радостными улыбками навстречу смерти. По очереди…

У Валенты не пошушукаешься…

– Достопочтенный Паулус торопится. Своего согласия я не давала. – Зато в рожу ему дала бы с большим удовольствием.

216